Эллины о Боге-Уме

Фалес

12b

[Ипполит] Богом он считал вот что: «То, у чего нет ни начала, ни конца».

23

[Стробей] Фалес полагает, что бог — это ум (νοῦς) космоса, а Вселенная одушевлена и одновременно полна божеств; элементарную влагу пронизывает божественная сила, приводящая воду в движение.

[Цицерон] Фалес Милетский, который первым исследовал подобные [=теологические] вопросы, считал воду началом всех вещей, а бога — тем умом (mens=νοῦς), который все создал из воды.

Анаксимандр

A 9

[Симпликий] Из полагающих одно движущееся и бесконечное [начало] Анаксимандр, сын Праксиада, милетец, преемник и ученик Фалеса, началом и элементом сущих [вещей] полагал бесконечное (το ἄπειρον), первым введя это имя начала. Этим [началом] он считает не воду и не какой-нибудь другой из так называемых элементов, но некую иную бесконечную природу, из которой рождаются небосводы [миры] и находящиеся в них космосы. «А из каких [начал] вещам рожденье, в те же самые и гибель совершается по ро­ковой задолженности, ибо они выплачивают друг другу правозаконное возмещение неправды [=ущерба] в назначенный срок времени», как он сам говорит об этом довольно поэтическими словами.

A 11

[Евсевий] Слушателем [= учеником] Фалеса становится Анаксимандр. Анаксимандр, сын Праксиада, милетец. Сей сказал, что начало сущих [вещей] — некая природа бесконечного (φύσις του ἀπείρου), из которой рождаются небосводы и космос в них. Он называет [природу бесконечного] «вечной и нестареющей» и [говорит], что она «объемлет все космосы». Время же, по его словам <...> в том смысле, что рождение, бытие и гибель [миров-небосводов] предопределены. (2) Он утверждал, что начало и элемент сущих — бесконечное, первым введя это имя начала, и что, кроме того, имеется вечное движение, в котором происходит рождение небосводов. … (4) Светила возникают в виде круга огня, отделившись от огня, [рассеянного] в космосе, и охваченные аэром [=туманом].

Анаксимен

A 1

[Диоген] Анаксимен, сын Эвристрата, Милетец, был слушателем Анаксимандра (некоторые говорят, что он слушал и Парменида). Он считал началом воздух (аэр) и бесконечное (το ἄπειρον).

B 2

[Мнения философов] Анаксимен, сын Эвристрата, милетец, утверждал, что начало сущих — воздух (аэр), ибо из него все рождается и в него вновь разлагается. «Как душа наша, — говорит он, — сущая воздухом, скрепляет нас воедино, так дыхание и воздух объемлют весь космос».

Пифагор: Немудрость людей

21a

[Диоген] Как говорит Гераклид Понтийский в сочинении «О бездыханной», Пифагор впервые назвал философию (любомудрие) этим именем и себя — философом, разговаривая в Сикионе с сикионским или флиунтским тираном Леонтом: по его словам, никто не мудр, кроме бога.

[Диодор] Пифагор называл свое учение любомудрием (φιλοσοφία), а не мудростью (σοφία). Упрекая семерых мудрецов (как их прозвали до него), он говорил, что никто не мудр, ибо человек по слабости своей природы часто не в силах достичь всего, а тот, кто стремится к нраву и образу жизни мудрого существа может быть подобающе назван любомудром (философом).

Ксенофан

Против антропоморфизма и народной религии

1

[Афиней] Надобно бога сперва воспеть благомысленным мужам
…
Не воспевать сражений Титанов или Гигантов,
Иль кентавров — сии выдумки прежних времен —
Или свирепые распри, в которых вовсе нет проку,
Но о богах всегда добру заботу иметь.

11

[Секст] Все на богов возвели Гомер с Гесиодом, что только
У людей позором считается или пороком:
Красть, прелюбы творить и друг друга обманывать [тайно].

14

[Строматы] Но люди мнят, что боги были рождены,
Их же одежду имеют, и голос, и облик [такой же].

15

[Строматы] Если бы руки имели быки и львы или <кони,>
Чтоб рисовать руками, творить изваянья, как люди,
Кони б тогда на коней, а быки на быков бы похожих
Образы рисовали богов и тела их ваяли,
Точно такими, каков у каждого собственный облик.

16

[Сх. к Аристофану] Еще яснее высмеивая этот обман, [Ксенофан] уличает [язычников] во лжи по цвету картин. По его словам, эфиопы пишут своих богов черными и с приплюснутыми носами, фракийцы — рыжими и голубоглазыми, мидяне и персы — также подобными самим себе, египтяне также изображают их по собственному образу.

Один Бог

23

[Строматы] [Есть] один [только] бог, меж богов и людей величайший,
Не похожий на смертных ни обликом, ни сознаньем (νόημα).

24

[Секст] Весь целиком он видит, весь сознает (νοεῖ) и весь слышит.

25

[Симпликий] Но без труда, помышленьем ума он все потрясает.

26

[Симпликий] Вечно на месте одном пребывает, не двигаясь вовсе,
Переходить то туда, то сюда ему не пристало.

Незнание людей

34

[Секст] Истины точной никто не узрел и никто не узнает
Из людей о богах и о всем, что я только толкую:
Если кому и удастся вполне сказать то, что сбылось,
Сам все равно не знает, во всем лишь догадка бывает.

36

[Геродиан] Сколько ни явлено смертному взору, все они…

46

[Платон] Поэты постоянно твердят нам, что
Мы ничего доподлинно не слышим и не видим,
<Но всегда [только] мним, истину же знает, поди, один бог[?]>

Гераклит

30

[Строматы] Этот космос, один и тот же для всех, не создал никто из богов, никто из людей, но он всегда был, есть и будет вечно живой огонь, мерно возгорающийся, мерно угасающий.

32

[Строматы] «Одно-единственное Мудрое [Существо] называться не желает и желает именем Зевса».

64

[Ипполит] Всех и вся, нагрянув внезапно, будет Огонь судить и схватит… Всем правит Громовой Удар.

Против народной религии

14

[Климент А.] «Бродящим в ночи магам, вакхантам, менадам, мистам». Это им он грозит посмертным воздаянием, им провещает огонь, ибо «нечестиво они посвящаются в то, что считается таинствами у людей».

15

[Климент А.] Не твори они шествие в честь Диониса и не пой песнь во славу срамного уда, бессрамнейшими были бы их дела. Но тождествен Аид («Срамный») с Дионисом, одержимые коим они беснуются и предаются вакхованию.

42

[Диоген] Гомер стоил того, чтобы его выгнали с состязаний и высекли, да и Архилох тоже.

Анаксагор

A 9a

[Симпликий] Эти утверждения Анаксагора, по словам Теофраста, схожи с утверждениями Анаксимандра: в самом деле, тот говорит, что при разделении бесконечного однородные [тела] движутся друг к другу, и, поскольку во Вселенной наличествовало золото, возникает золото, а поскольку земля — земля и точно так же вое остальные тела, постольку, они, мол, не возникают, но изначально содержатся [в смеси]. Но только Анаксагор [в отличие от Анаксимандра] установил Ум причиной движения и возникновения: под его действием [элементы] разделились и породили коомосы и природу остальных [существ].

1

[Симпликий] Все вещи были вместе, бесконечные и по множеству, и по малости, так как и малость была бесконечной. И пока все было вместе, ничто не было различимо по причине малости: все обнимали аэр (туман) и эфир, оба бесконечные. Ибо изо всех, которые содержатся во Вселенной, эти самые большие и по множеству, и по величине.

4

[Симпликий] Коль скоро это так, следует предполагать, что во всех образованиях содержится много всевозможных [вещей] и семян всех вещей, обладающих всевозможными образами, цветами и запахами… А прежде чем выделилось это [=наш мир], пока все было вперемешку, нельзя было различить даже ни один цвет; этому препятствовало смешение всех вещей — влажного и сухого, горячего и холодного, светлого и темного, причем [в смеси] содержалось и много земли, и бесконечное множество семян, совершенно не похожих друг на друга. Также и из прочих [вещей] одна совершенно не похожа на другую. Коль скоро это так, следует предполагать, что во Всем содержатся все вещи.

7

[Симпликий] Ум все знает.

11

[Симпликий] Во всем содержится доля всего, кроме ума, а в некоторых [существах] содержится и ум тоже.

12

[Симпликий] Все [вещи] содержат долю всего, Ум же есть нечто неограниченное и самовластное и не смешан ни с одной вещью, но — единственный — сам по себе. Если бы он не был сам по себе, но был смешан с чем-то другим, он был бы причастен всем вещам [сразу], будь он смешан с чем-то [одним]. Ибо, как я сказал выше [В 11], во всем содержится доля всего. Примешанные [вещи] препятствовали бы ему, [не давая] править ни одной вещью так, как [он правит] в одиночку и сам по себе. Ибо он тончайшее и чистейшее из всех вещей, и предрешает (γνώμην ἴσχει) абсолютно все, и обладает величайшим могуществом.

И всеми [существами], обладающими душой, как большими, так и меньшими, правит Ум. И совокупным круговращением [мира] правит Ум, так что [благодаря ему это] круговращение вообще началось. Сперва круговращение началось с малого, [теперь] оно расширилось, а в будущем расширится еще больше. И то, что смешивается, и то, что выделяется [из смеси], и то, что разделяется, — все это предрешает (ἔγνω) Ум.

И все, чему суждено было быть, и все, что было, но чего теперь нет, и все, что есть теперь и будет в будущем, — все это упорядочил Ум, равно как и это круговращение, в котором кружатся теперь звезды, Солнце и Луна, а также выделяющиеся аэр (темный воздух) и эфир. Именно это круговращение стало причиной выделения. И выделяется из разреженного плотное, из холодного горячее, из темного светлое и из влажного сухое. Но [в них по-прежнему] содержится много долей многих [веществ]. Полностью ничто не выделяется и не отделяется одно от другого, кроме Ума.

Всякий ум, и больший, и меньший, подобен [=однороден]. Однако ничто другое не подобно ничему, но чего в каждой отдельной вещи больше всего содержится, тем она с наибольшей ясноразличимостью была и есть».

13

[Симпликий] «Как только Ум начал двигать, из всего движимого стало происходить выделение, и все, что Ум привел в движение, разделилось. По мере того как [вещи] приводились в движение и разделялись, круговращение вызывало намного большее разделение».

14

[Симпликий] То, что Анаксагор принимает двойной миропорядок: один — умопостигаемый, другой — чувственный, <отличный> от него, явствует из сказанного выше, явствует и из следующего ниже: «Ум предрешил как все, что существует внутри [нашего мира] и в настоящем, так и все прочее [что находится] в объемлющем своде, в тех [мирах], которые образовались путем аккреции и выделения [из смеси]».

Ощущения

21

[Секст] Из-за их [ощущений] слабости мы не способны различать истину.

21a

[Секст] Явления суть видимое обнаружение невидимого.

32

[Теофраст] Всякое ощущение сопровождается болью.

Орфизм

Папирус из Дервени, XVIСодержание датируется ~400 г. до н.э. Исследователи говорят о прямом влиянии Анаксагора. Источник: Der Papyrus Von Derveni (Mirjam E. Kotwick).

§50 «А он, таким образом, стал единственным»: говоря это, он показывает, что Ум сам по себе превосходит всё по достоинству, поскольку существует один, — как если бы прочие вещи были ничем. Ибо невозможно, чтобы ныне существующие вещи были таковы, каковы они есть, без Ума.

§51 Далее, в следующем стихе, он сказал, что Ум превосходит всё:
«Теперь же он — царь всего и впредь им будет».
Ясно, что Ум и «царь всего» означают одно и то же.

Kern 168 fr., Porphyr. ap. Euseb. Praep. ev.Датировка неизвестна, скорее всего позднее предыдущего.

Теперь взглянем на мудрость эллинов, исследуя её следующим образом. Ибо, полагая Зевса Умом космоса, который сотворил всё находящееся в нём, заключая космос в себе самом, авторы орфических гимнов в своих теологиях передали о нём такое учение:

«Зевс был первым, Зевс — последний, владыка сверкающей молнии;
Зевс — глава, Зевс — середина; от Зевса произошло всё.
…
Зевс — царь, сам Зевс — первородное начало всего;
Единое могущество, единое божество стало, великий владыка всего,
Единое царственное тело, внутри которого обращается всё сущее, …
И Мудрость/Метида — первый родитель, и многорадостный Эрос;
…
Ум же — лишенный лжи, царственный, непреходящий эфир,
Который всё слышит и всё сознает».

Платон

Федон (97b-99e)

Но однажды мне кто-то рассказал, как он вычитал в книге Анаксагора, что всему в мире сообщает порядок и всему служит причиной Ум; и эта причина мне пришлась по душе, я подумал, что это прекрасный выход из затруднений, если всему причина — Ум. Я решил, что если так, то Ум-устроитель должен устраивать все наилучшим образом и всякую вещь помещать там, где ей всего лучше находиться. И если кто желает отыскать причину, по которой что-либо рождается, гибнет или существует, ему следует выяснить, как лучше всего этой вещи существовать, действовать или самой испытывать какое-либо воздействие.

Исходя из этого рассуждения, человеку не нужно исследовать ни в себе, ни в окружающем ничего иного, кроме самого лучшего и самого совершенного. Конечно, он непременно должен знать и худшее, ибо знание лучшего и знание худшего — это одно и то же знание. Рассудивши так, я с удовольствием думал, что нашел в Анаксагоре учителя, который откроет мне причину бытия, доступную моему разуму, и прежде всего расскажет, плоская ли Земля или круглая, а рассказавши, объяснит необходимую причину…

Я ни на миг не допускал мысли, что, назвавши их устроителем Ум, Анаксагор может ввести еще какую-то причину помимо той, что им лучше всего быть в таком положении, в каком онк и находятся. Я полагал, что, определив причину каждого из них и всех вместе, он затем объяснит, что всего лучше для каждого и в чем их общее благо. И эту свою надежду я не отдал бы ни за что! С величайшим рвением принялся я за книги Анаксагора, чтобы поскорее их прочесть и поскорее узнать, что же всего лучше и что хуже.

Но с вершины изумительной этой надежды, друг Кебет, я стремглав полетел вниз, когда, продолжая читать, увидел, что Ум у него остается без всякого применения и что порядок вещей вообще не возводится ни к каким причинам, но приписывается — совершенно нелепо — воздуху, эфиру, воде и многому иному.

…Силы, которая наилучшим образом устроила все так, как оно есть сейчас, — этой силы они не ищут и даже не предполагают за нею великой божественной мощи. Они надеются в один прекрасный день изобрести Атланта, еще более мощного и бессмертного, способного еще тверже удерживать все на себе, и нисколько не предполагают, что в действительности все связуется и удерживается благим и должным. А я с величайшей охотою пошел бы в учение к кому угодно, лишь бы узнать и понять такую причину. Но она не далась мне в руки, я и сам не сумел ее отыскать, и от других ничему не смог научиться, и тогда в поисках причины я снова пустился в плавание…

После того, — продолжал Сократ, — как я отказался от исследования бытия, я решил быть осторожнее, чтобы меня не постигла участь тех, кто наблюдает и исследует солнечное затмение. Иные из них губят себе глаза, если смотрят прямо на Солнце, а не на его образ в воде или еще в чем-нибудь подобном, — вот и я думал со страхом, как бы мне совершенно не ослепнуть душою, рассматривая вещи глазами и пытаясь коснуться их при помощи того или иного из чувств.

Законы (897d)

Афинянин. Какую же природу имеет движение Ума?… Подобно тому как те, кто среди бела дня смотрит прямо на Солнце, чувствуют себя так, словно кругом ночь, и мы не скажем, будто можем когда-либо увидеть Ум смертными очами и достаточно его познать.