ΠΕΡΙ ΚΙΝΗΣΕΩΣ ΟΥΡΑΝΟΥ

1 Διὰ τί κύκλῳ κινεῖται; Ὅτι νοῦν μιμεῖται. Καὶ τίνος ἡ κίνησις, ψυχῆς ἢ σώματος; Τί οὖν ὅτι ψυχὴ ἐν αὐτῇ ἐστι καὶ πρὸς αὐτήν; Ἢ σπεύδει ἰέναι; ἢ ἔστιν ἐν αὐτῇ οὐ συνεχεῖ οὖσα; ἢ φερομένη συμφέρει; Ἀλλ’ ἔδει συμφέρουσαν μηκέτι φέρειν, ἀλλ’ ἐνηνοχέναι, τουτέστι στῆναι μᾶλλον ποιῆσαι καὶ μὴ ἀεὶ κύκλῳ. Ἢ καὶ αὐτὴ στήσεται ἤ, εἰ κινεῖται, οὔτι γε τοπικῶς. Πῶς οὖν τοπικῶς κινεῖ αὐτὴ ἄλλον τρόπον κινουμένη; Ἢ ἴσως οὐδὲ τοπικὴ ἡ κύκλῳ, ἀλλ’ εἰ ἄρα, κατὰ συμβεβηκός. Ποία οὖν τις; Εἰς αὑτὴν συναισθητικὴ καὶ συννοητικὴ καὶ ζωτικὴ καὶ οὐδαμοῦ ἔξω οὐδ’ ἄλλοθι. Καὶ τὸ πάντα δεῖν περιλαμβάνειν; τοῦ γὰρ ζῴου τὸ κύριον περιληπτικὸν καὶ ποιοῦν ἕν. Οὐ περιλήψεται δὲ ζωτικῶς, εἰ μένοι, οὐδὲ σώσει τὰ ἔνδον σῶμα ἔχον· καὶ γὰρ σώματος ζωὴ κίνησις. Εἰ οὖν καὶ τοπική, ὡς δυνήσεται κινήσεται καὶ οὐχ ὡς ψυχὴ μόνον, ἀλλ’ ὡς σῶμα ἔμψυχον καὶ ὡς ζῷον· ὥστε εἶναι μικτὴν ἐκ σωματικῆς καὶ ψυχικῆς, τοῦ μὲν σώματος εὐθὺ φερομένου φύσει, τῆς δὲ ψυχῆς κατεχούσης, ἐκ δ’ ἀμφοῖν γενομένου φερομένου τε καὶ μένοντος. Εἰ δὲ σώματος ἡ κύκλῳ λέγοιτο, πῶς παντὸς εὐθυποροῦντος καὶ τοῦ πυρός; Ἢ εὐθυπορεῖ, ἕως ἂν ἥκῃ εἰς τὸ οὗ τέτακται· ὡς γὰρ ἂν ταχθῇ, οὕτω δοκεῖ καὶ ἑστάναι κατὰ φύσιν καὶ φέρεσθαι εἰς ὃ ἐτάχθη. Διὰ τί οὖν οὐ μένει ἐλθόν; Ἆρα, ὅτι ἡ φύσις τῷ πυρὶ ἐν κινήσει; Εἰ οὖν μὴ κύκλῳ, σκεδασθήσεται ἐπ’ εὐθύ· δεῖ ἄρα κύκλῳ. Ἀλλὰ τοῦτο προνοίας· ἀλλ’ ἐν αὐτῷ παρὰ τῆς προνοίας· ὥστε, εἰ ἐκεῖ γένοιτο, κύκλῳ κινεῖσθαι ἐξ αὐτοῦ. Ἢ ἐφιέμενον τοῦ εὐθέος οὐκ ἔχον οὐκέτι τόπον ὥσπερ περιολισθάνον ἀνακάμπτει ἐν οἷς τόποις δύναται· οὐ γὰρ ἔχει τόπον μεθ’ ἑαυτό· οὗτος γὰρ ἔσχατος. Θεῖ οὖν ἐν ᾧ ἔχει καὶ αὐτὸς αὑτοῦ τόπος, οὐχ ἵνα μένῃ γεγενημένος, ἀλλ’ ἵνα φέροιτο. Καὶ κύκλου δὲ τὸ μὲν κέντρον μένει κατὰ φύσιν, ἡ δὲ ἔξωθεν περιφέρεια εἰ μένοι, κέντρον ἔσται μέγα. Μᾶλλον οὖν ἔσται περὶ τὸ κέντρον καὶ ζῶντι καὶ κατὰ φύσιν δὲ ἔχοντι σώματι. Οὕτω γὰρ συννεύσει πρὸς τὸ κέντρον, οὐ τῇ συνιζήσει—ἀπολεῖ γὰρ τὸν κύκλον—ἀλλ’ ἐπεὶ τοῦτο οὐ δύναται, τῇ περιδινήσει· οὕτω γὰρ μόνως ἀποπληρώσει τὴν ἔφεσιν. Εἰ ψυχὴ δὲ περιάγοι, οὐ καμεῖται· οὐ γὰρ ἕλκει, οὐδὲ παρὰ φύσιν· ἡ γὰρ φύσις τὸ ὑπὸ ψυχῆς τῆς πάσης ταχθέν. Ἔτι πανταχοῦ οὖσα ἡ ψυχὴ ὅλη καὶ οὐ διειλημμένη ἡ τοῦ παντὸς κατὰ μέρος δίδωσι καὶ τῷ οὐρανῷ, ὡς δύναται, πανταχοῦ εἶναι· δύναται δὲ τῷ πάντα μετιέναι καὶ ἐπιπορεύεσθαι. Ἔστη μὲν γάρ, εἴ που ἑστῶσα ἦν ἡ ψυχή, ἐλθὸν ἐκεῖ· νῦν δέ, ἐπειδὴ πᾶσά ἐστιν, αὐτῆς πάντη ἐφίεται. Τί οὖν; Οὐδέποτε τεύξεται; Ἢ οὕτως ἀεὶ τυγχάνει, μᾶλλον δὲ αὐτὴ πρὸς αὑτὴν ἄγουσα ἀεὶ ἐν τῷ ἀεὶ ἄγειν ἀεὶ κινεῖ, καὶ οὐκ ἀλλαχοῦ κινοῦσα ἀλλὰ πρὸς αὑτὴν ἐν τῷ αὐτῷ, οὐκ ἐπ’ εὐθὺ ἀλλὰ κύκλῳ ἄγουσα δίδωσιν αὐτῷ οὗ ἐὰν ἥκῃ ἐκεῖ ἔχειν αὐτήν. Εἰ δὲ μένοι, ὡς ἐκεῖ οὔσης μόνον, οὗ ἕκαστον μένει, στήσεται. Εἰ οὖν μὴ ἐκεῖ μόνον ὁπουοῦν, πανταχοῦ οἰσθήσεται καὶ οὐκ ἔξω· κύκλῳ ἄρα.

2 Τὰ οὖν ἄλλα πῶς; Ἢ οὐχ ὅλον ἕκαστον, μέρος δὲ καὶ κατεχόμενον μερικῷ τόπῳ. Ἐκεῖνο δὲ ὅλον καὶ οἷον τόπος καὶ οὐδὲν κωλύει· αὐτὸ γὰρ τὸ πᾶν. Πῶς οὖν ἄνθρωποι; Ἤ, ὅσον παρὰ τοῦ παντός, μέρος, ὅσον δ’ αὐτοί, οἰκεῖον ὅλον. Εἰ οὖν πανταχοῦ οὗ ἂν ᾖ ἔχει αὐτήν, τί δεῖ περιιέναι; Ἢ ὅτι μὴ μόνον ἐκεῖ. Εἰ δὲ ἡ δύναμις αὐτῆς περὶ τὸ μέσον, καὶ ταύτῃ ἂν κύκλῳ· μέσον δὲ οὐχ ὡσαύτως σώματος καὶ φύσεως ψυχῆς ληπτέον, ἀλλ’ ἐκεῖ μὲν μέσον, ἀφ’ οὗ ἡ ἄλλη, τοπικῶς δὲ σώματος. Ἀνάλογον οὖν δεῖ τὸ μέσον· ὡς γὰρ ἐκεῖ, οὕτω καὶ ἐνταῦθα μέσον δεῖ εἶναι, ὃ μόνως ἐστὶ μέσον σώματος καὶ σφαιρικοῦ· ὡς γὰρ ἐκεῖνο περὶ αὐτό, οὕτω καὶ τοῦτο. Εἰ δὴ ψυχῆς ἐστι, περιθέουσα τὸν θεὸν ἀμφαγαπάζεται καὶ περὶ αὐτὸν ὡς οἷόν τε αὐτὴ ἔχει· ἐξήρτηται γὰρ αὐτοῦ πάντα. Ἐπεὶ οὖν οὐκ ἔστι πρὸς αὐτόν, περὶ αὐτόν. Πῶς οὖν οὐ πᾶσαι οὕτως; Ἢ ἑκάστη ὅπου ἐστὶν οὕτως. Διὰ τί οὖν οὐ καὶ τὰ σώματα ἡμῶν οὕτως; Ὅτι τὸ εὐθύπορον προσήρτηται καὶ πρὸς ἄλλα αἱ ὁρμαὶ καὶ τὸ σφαιροειδὲς ἡμῶν οὐκ εὔτροχον· γεηρὸν γάρ· ἐκεῖ δὲ συνέπεται λεπτὸν καὶ εὐκίνητον· διὰ τί γὰρ ἂν καὶ σταίη ἡντινοῦν κίνησιν τῆς ψυχῆς κινουμένης; Ἴσως δὲ καὶ παρ’ ἡμῖν τὸ πνεῦμα τὸ περὶ τὴν ψυχὴν τοῦτο ποιεῖ. Εἰ γὰρ ἔστιν ὁ θεὸς ἐν πᾶσι, τὴν συνεῖναι βουλομένην ψυχὴν περὶ αὐτὸν δεῖ γίγνεσθαι· οὐ γάρ πῃ. Καὶ Πλάτων δὲ τοῖς ἄστροις οὐ μόνον τὴν μετὰ τοῦ ὅλου σφαιρικὴν κίνησιν, ἀλλὰ καὶ ἑκάστῳ δίδωσι τὴν περὶ τὸ κέντρον αὐτῶν· ἕκαστον γάρ, οὗ ἐστι, περιειληφὸς τὸν θεὸν ἀγάλλεται οὐ λογισμῷ ἀλλὰ φυσικαῖς ἀνάγκαις.

3 Ἔστω δὲ καὶ ὧδε· τῆς ψυχῆς ἡ μέν τις δύναμις ἡ ἐσχάτη ἀπὸ γῆς ἀρξαμένη καὶ δι’ ὅλου διαπλεκεῖσά ἐστιν, ἡ δὲ αἰσθάνεσθαι πεφυκυῖα καὶ ἡ λόγον δοξαστικὸν δεχομένη πρὸς τὸ ἄνω ἐν ταῖς σφαίραις ἑαυτὴν ἔχει ἐποχουμένη καὶ τῇ προτέρᾳ καὶ δύναμιν διδοῦσα παρ’ αὐτῆς εἰς τὸ ποιεῖν ζωτικωτέραν. Κινεῖται οὖν ὑπ’ αὐτῆς κύκλῳ περιεχούσης καὶ ἐφιδρυμένης παντὶ ὅσον αὐτῆς εἰς τὰς σφαίρας ἀνέδραμε. Κύκλῳ οὖν ἐκείνης περιεχούσης συννεύουσα ἐπιστρέφεται πρὸς αὐτήν, ἡ δὲ ἐπιστροφὴ αὐτῆς περιάγει τὸ σῶμα, ἐν ᾧ ἐμπέπλεκται. Ἑκάστου γὰρ μορίου κἂν ὁπωσοῦν κινηθέντος ἐν σφαίρᾳ, εἰ μόνον κινοῖτο, ἔσεισεν ἐν ᾧ ἐστι καὶ τῇ σφαίρᾳ κίνησις γίνεται. Καὶ γὰρ ἐπὶ τῶν σωμάτων τῶν ἡμετέρων τῆς ψυχῆς ἄλλως κινουμένης, οἷον ἐν χαραῖς καὶ τῷ φανέντι ἀγαθῷ, τοῦ σώματος ἡ κίνησις καὶ τοπικὴ γίνεται. Ἐκεῖ δὴ ἐν ἀγαθῷ γινομένη ψυχὴ καὶ αἰσθητικωτέρα γενομένη κινεῖται πρὸς τὸ ἀγαθὸν καὶ σείει ὡς πέφυκεν ἐκεῖ τοπικῶς τὸ σῶμα. Ἥ τε αἰσθητικὴ ἀπὸ τοῦ ἄνω αὖ καὶ αὐτὴ τὸ ἀγαθὸν λαβοῦσα καὶ τὰ αὐτῆς ἡσθεῖσα διώκουσα αὐτὸ ὂν πανταχοῦ πρὸς τὸ πανταχοῦ συμφέρεται. Ὁ δὲ νοῦς οὕτω κινεῖται· ἕστηκε γὰρ καὶ κινεῖται· περὶ αὐτὸν γάρ. Οὕτως οὖν καὶ τὸ πᾶν τῷ κύκλῳ κινεῖται ἅμα καὶ ἕστηκεν.

II. 2. О движении неба^*

1 Почему оно [небо] движется по кругу?¹ По тому что подражает Уму. Что же это — движение Души или тела? Не Душа ли движется в этом движении, и не направлено ли оно к ней? Или же тело движется, потому что его побуждает Душа? Неужели Душа не непрерывна в себе? Может быть, двигаясь сама, она движет вместе с собою и тело? Но будь это так, она не понесла бы его более, но, скорее, остановившись сама, сделала бы и его неподвижным, а не движущимся по кругу. Конечно же, Душа будет покоиться, а если и двигаться, то не из места в мес то. Как же она будет двигать его из места в место, если сама она движется иным способом? Возможно, что движение по кругу не есть движение из места в место, а если это не так, то оно таково только акцидентально. Каково же движение Души? Это движение самоощущения и самосознания, это движение жизни, не осуществляющееся во вне и, вообще, где бы то ни было в ином. А как же необходимость охватить все? Ибо главенствующая часть живого [т. е. его душа] охватывает [всё живое существо] и делает его единым. Если душа пребывает [, а не становится и не движется], то не будет жизненно объемлющей и не сохранит имеющееся в теле [движение], ведь жизнь тела — движение. Допустим, есть движение из места в место, тогда оно будет осуществляться душой; но как это для нее возможно? — А так, что она будет двигаться не только как душа, но как одушевленное тело и как живое; так что движение это будет смесью душевного и телесного движений. Телу свойственно двигаться по прямой, душе же — его сдерживать, из обоих этих [интенций] и возникает нечто совмещающее в себе движение и пребывание. Если приписать круговое движение телу, почему тогда все тела, включая огонь, движутся по прямой? — Огонь движется по прямой до тех пор, пока не достигнет предназначенного для него места: ибо поскольку для него уготовано опреде ленное место, постольку он кажется и успокаивающимся в нем согласно [своей] природе, и движущимся в это предназначенное ему место. Почему же, придя [на небо], не становится огонь пребываю щим? Не потому ли, что его природа — быть в движении? Но если он не будет двигаться по кругу, то рассеется, двигаясь по прямой; должен, значит, он двигаться по кругу. Но это — дело Промысла, скорее же, того, что есть в огне от Промысла, так что, когда огонь появляется там [т. е. в небе], он начина ет сам по себе двигаться по кругу. Возможно, он хо чет двигаться по прямой, но не находит для этого уже места, так что, плавно скользя вокруг, он возвращается в место, где это возможно, ибо он не имеет мес та после себя, ведь это [огненное место] — предел.² Он бежит на месте, которое имеет, и сам для себя есть место; он приходит в него не чтобы стать пребывающим, но чтобы двигаться. Конечно, центр кру га согласно природе пребывает, если же будет пре бывать и внешняя окружность, то будет большим центром. Так что лучше всего будет живому и движущемуся согласно природе телу двигаться вокруг центра. Ибо таким образом оно будет склоняться к центру, не совмещаясь с ним — это уничтожило бы круг, — но поскольку последнее невозможно, [то тело движется к центру] круговращаясь вокруг него; В самом деле, если это тело будет кругообращать Душа, она не утомится, так как она не тащит его и [тем более не тащит его] против природы.³ Ибо «природа» есть то, что устроено Душой всего. И еще, поскольку целая Душа существует повсюду, по скольку, будучи Душой всего, она не разделяется на части, постольку она дает небу повсеместное бытие, насколько это для него возможно; а возможно это для него благодаря тому, что оно участвует во всех вещах и всех вещей достигает. Если бы Душа оста новилась где-то, то, придя туда, остановился бы и небесный огонь, ибо поскольку эта Душа всецела, то небесный огонь повсюду стремится к ней. И что же, никогда не достигает ее? Нет, таким образом он все гда достигает ее, или, лучше сказать, она сама вечно ведет его к себе и этим вечным водительством обусловливается его вечное движение; Душа не ведет его из одного места в другое, но только к себе, в одно и то же место, не по прямой, но по кругу, давая ему [небесному огню] обладать собой в любом из мест и моментов движения. Если бы Душа пребывала только там, где пребывает каждая вещь, то небо остановилось бы. Но поскольку она не только там, где отдельные вещи, небо будет в движении повсюду и не вне Души и, следовательно, в кругообразном движении.

2 Как же другие вещи? — Каждая из них не есть целое, но часть — и занимает частичное место. Небо же — целое: и оно есть и свое место, ему ничто не препятствует, поскольку оно само есть Всё. А как же люди? Насколько они произошли от Вселенной, они — ее части, но насколько люди суть они сами, настолько каждый есть особое целое. Потом, если небо, где бы оно ни было, обладает Душой, почему оно должно кругообращаться? Потому что оно обладает Душой не только в каком-то месте. Конечно, если сила Души есть движение вокруг ее центра, то это тоже заставляет небо кругообращаться; говоря о природе Души, «середину» нельзя понимать так же, как говоря о середине тела: в случае Души середина это то, откуда происходит другая [природа], в случае же с телом — середина пространственна. Должно понимать это по аналогии: в сфере Души должна быть середина Души, как здесь есть середина тела, ибо как тело расположено вокруг своей середины, так и Душа (хотя в строгом смысле середину имеет только тело, и причем сферическое). В самом деле, если есть средоточие Души, то Душа движется вокруг Бога, любовно обнимает Его, держится вокруг Него, как может, ибо от Него зависят все вещи. Поскольку Душа не может идти к Нему, она движется вокруг Него. Почему же не таковы все души? — Таковы все, но каждая на своем месте. Почему же тогда не кругообращаются наши тела? Потому что к ним прибавилось нечто, движущееся по прямой, прибавились порывы к иному, и сферическое в нас потеряло легкость вращенья, став земляным.⁴ Там же, двигаясь вместе с Душой, тело [неба] тонко и легкоподвижно; почему ему должно было бы остановиться, ему, движимому повсюду движениями Души? Так же и в нас есть дух, движущийся вокруг души, как и небо.⁵ Ибо, если Бог есть во всех вещах, то Душа, стремящаяся быть с Ним, должна двигаться вокруг Него [и всех вещей], ибо Он не есть в каком-то одном месте. И Платон наделяет звезды не только сферическим движением вместе с целым, но и каждую [в отдельности] — кругообращением вокруг собственного центра,⁶ ибо каждая из них на своем месте обнимает Бога и радуется, [осуществляя свое движение] не благодаря расчету, но по природной необходимости.

3 Пусть будет и так: есть некая последняя сила души, которая простирается от земли и проходит Целое, переплетаясь с ним;⁷ есть и другая сила души — естественная сила чувственного восприятия, приемлющая разумность на уровне мнений; она удерживается вверху, и, соприкасаясь с первой, дает ей силу, чтобы сделать ее более живой. Низшая [душа], следовательно, движима высшей, объемлющей ее кругом и поддерживающей все восходящее в эту сферу. Таким образом, низшая душа, поскольку она окружена высшей, стремясь к ней, обращается к ней; это обращение движет и тела, с которыми она сплетена. Если какая-либо из частей сферы находится хоть в каком-то движении, тогда, если она только движима, она будет двигать то, в чем она есть, и сфера придет в движение. Также и в наших телах, когда наша душа движима иным, нежели тело, движением, например, радостью или тем, что кажется благом, тогда возникает и пространственное движение тела. Но в небе душа становится в Благе, и становится более восприимчивой, и движется к Благу, двигая к нему и тело свойственным ему пространственным способом. Сила ее восприятия берет [свое] благо от того, что свыше: она радуется, преследуя свое, несомая повсюду к Благу, которое есть везде. Так движется Ум, ибо это сразу и покой, и движение, ибо он движется вокруг Блага. Так потом и Вселенная, двигаясь в своем круге, в то же время покоится.